Александр Усов: В судебную экспертизу нельзя допускать лжеспециалистов

Дата: 09:30, 01-11-2016.

Алматы. 1 ноября. КазТАГ – Мадина Алимханова. Для оценки компетентности судебных экспертов в странах СНГ необходимо ввести единые стандарты, соответствующие международным требованиям. Это позволит не допускать в профессию и в судебные процессы лжеэкспертов, не имеющих необходимой квалификации, знаний и компетентности и использующих псевдонаучные методики, уверен заместитель директора Федерального бюджетного учреждения «Российский федеральный центр судебной экспертизы» при министерстве юстиции РФ Александр Усов.

 

- Александр Иванович, сейчас идет активная работа по стандартизации судебно-экспертной деятельности в странах СНГ. Для чего это нужно?

 

- Стандартизация как основной тренд в судебной деятельности выходит на первое место. Это обусловлено тем, что идет гармонизация наших законодательств и нормативно-правовых актов, и каких-то ведомственных разработок. Летом этого года в Баку был создан межгосударственный технический комитет по стандартизации «Судебная экспертиза». Работа в рамках стандартизации на площадке СНГ проводится достаточно давно, она продуктивна, решаются многие вопросы, но судебной экспертизы там никогда не было.

 

- Сколько стран вошли в этот комитет?

 

- Создание этого комитета поддержали пока Россия, Казахстан и Кыргызская Республика, надеемся, что в ближайшее время присоединятся другие государства. В частности, уже объявили о своих намерениях Армения и Азербайджан. В России создан такой технический комитет, мы начали разработку стандартов.

Первые стандарты связаны с терминами и определениями, мы стараемся, чтобы они были гармонизированы с международными стандартами. Мы полагаем, что эта работа будет очень полезной в плане дальнейшего развития всех видов судебно-экспертной деятельности, поскольку какое направление ни возьми, будь то научно-методическое обеспечение, подготовка кадров и обучение, какие-то новые методы и средства, организационные вопросы, они все замыкаются на конкретные правила, нормы. Хотелось бы, чтобы эти нормы действительно отвечали самым последним требованиям, принимаемым и понимаемым международным судебно-экспертным сообществом.

 

- Чем отличается судебный эксперт от обычного специалиста, имеющего диплом о высшем или даже послевузовском образовании?

 

- Если открыть закон о судебно-экспертной деятельности, там есть специальные профессиональные и квалификационные требования. С профессиональными все понятно - человек имеет какое-то высшее образование. А вот с требованиями квалификационными намного сложнее.

В отношении государственных судебных экспертов понятно. Там существует аттестация на право самостоятельного производства экспертизы, потому что экспертная специальность - это не то же самое, что специальность, получаемая в вузе. В России имеется стандарт высшего профессионального образования «судебная экспертиза», где готовят профессиональных судебных экспертов. У них даже в дипломе написано: «Специальность: судебная экспертиза. Квалификация: судебный эксперт». Там система подготовки такова, что человек, окончив вуз, проходит в течение года соответствующую подготовку по экспертной специальности, получает удостоверение с правом производства судебной экспертизы по конкретной экспертной специальности и дальше его актуализирует через каждые пять лет.

Фактически каждый человек, привлеченный для участия в судебном процессе, может обладать специальными знаниями, но чтобы ответственно их использовать в том или ином, конечно, он должен быть сертифицирован. Причем не просто сертифицирован по всей судебной экспертизе или по конкретному роду или классу, а по конкретной экспертной специальности. Это более узкое отделение, которое позволяет более точно определить, какие объекты эксперт может исследовать, какие задачи может исследовать, какие методы может при этом использовать.

 

- Совсем недавно в Казахстане экспертом по громкому судебному процессу - делу председателя Союза журналистов Сейтказы Матаева и генерального директора МИА «КазТАГ» Асета Матаева - был привлечен человек, чье образование ограничивается средней школой и несколькими сертификатами 10-летней давности. Как Вы считаете, может ли такой человек считаться судебным экспертом?

 

- Я думаю, безусловно, это недопустимо. Россия испытывает аналогичные проблемы, но я хочу сказать, что есть достаточно много моментов, которые связаны с оценкой компетентности. К сожалению, на сегодня это прерогатива правоприменителя в соответствии с процессуальным законодательством.

Обновляемое законодательство по судебно-экспертной деятельности как раз предусматривает введение механизмов оценки и контроля компетентности. Здесь мы различаем понятия компетенции и компетентности. Чем реально человек владеет, что он реально знает. Да, компетенция его подтверждена какими-то сертификатами. А вот решить поставленную экспертную задачу он может? А есть ли у него необходимое оборудование? А какие методы он использует? Там целый комплекс вопросов.

В законе о судебно-экспертной деятельности, который сейчас находится в мажилисе, вводится такое понятие, как Палата судебных экспертов, которая призвана регулировать частную экспертную деятельность, где, я надеюсь, будут отрегулированы и узаконены механизмы оценки компетентности и недопущения в профессию судебных экспертов. Вот этих людей, которые непонятно где обучались, кем обучались и что они в своей практике используют.

Честно говоря, ситуация с появлением лжеэкспертов, которые используют псевдонаучные методики, касается всех государств СНГ, все сталкивались с этим. Но когда начинают реализовываться государственные механизмы, которые позволяют решать этот вопрос, я думаю, они будут служить тому, что у нас не будет ни лжеэкспертов, ни псевдонаучных методик.

 

- Повлияет ли это на требования не только к квалификации судебных экспертов, но и к качеству судебно-экспертных лабораторий?

 

- Это все взаимосвязано, это звенья одной большой цепи, главная цель которой - повышение качества судебной экспертизы. Мы выходим на новое понимание качества. Оно складывается из многих составляющих и, конечно же, требований к технической компетенции лабораторий, которые обусловлены соответствующим стандартом по аккредитации лаборатории, и требований к компетентности экспертов. Это единая система. И, конечно же, стандартизация систематизирует эту работу и переводит ее на новый технологический уровень. Полагаю, что от этого выиграть должны все.

 

- Предусматривает ли процесс стандартизации обмен опытом и обучение судебных экспертов в странах-участницах комитета?

 

- Фактически это уже все происходит, и обмен опытом существует, и обмен методиками существует. Но, к сожалению, до сегодняшнего момента в какой-то мере не учитывались мировые тренды. В какой-то мере каждый опирался на какие-то свои возможности, поскольку ресурсы у каждого государства ограничены, не всегда удавалось более оперативно учитывать требования современного судопроизводства, новые виды и направления. Поэтому работа и велась, и ведется, и будет вестись. Речь идет о ее систематизации и приведении к виду, который определен международной организацией по стандартизации. До сегодняшнего момента направление «Судебная экспертиза» не стандартизировалось.

 

- Сможет ли в итоге Казахстан привлекать для полноценного участия в судебных процессах экспертов из России или других стран-участниц комитета?

 

- Безусловно. Законодательство сейчас работает в плане снятия этих границ, привлечения экспертов, использования экспертов из других государств. Стандарты как раз и призваны сделать так, чтобы научно-методическая основа была единой. Цель работы технических комитетов заключается в том, чтобы беспрепятственно можно было привлечь эксперта и быть уверенным в том, что его компетентность полностью соответствует тем требованиям, которые предъявляются в конкретном деле, в данной конкретной ситуации и для решения конкретного вопроса.

Судебная экспертиза – очень обширная область, она включает фактически все области научных знаний. Но порой возникают вопросы о выборе какого-то эксперта, которого нет в перечне государственных судебно-экспертных учреждений. Например, в делах по противодействию экстремизму привлекаются в первую очередь психологи, лингвисты и часто привлекаются религиоведы. Религиоведов нет в перечне. И если специалист в этой области привлекается в качестве участника процесса, он должен знать какие-то азы судопроизводства, хотя бы свои права и обязанности. Для этого желательно, чтобы такие люди, которые на профессиональном уровне собираются участвовать в процессе, тоже получили сертификаты по азам судебно-экспертной деятельности. По крайней мере, это какая-то правовая грамотность. Для эксперта, который не работает в системе, не является профессионалом, это очень важно.

 

- Как все это отразится на соблюдении законности?

 

- Я думаю, это отразится только положительно и будет выражаться в существенных положительных результатах. Тот механизм, который будет реализовываться, позволит реально осуществлять принципы, которые задекларированы в законах, но которые очень сложно реализовывать - механизмы, которые связаны со всесторонностью, полнотой, научной обоснованностью исследования, поскольку появляются конкретные опорные точки для проведения этой большой работы. Конечно, я думаю, что судопроизводство и правоприменители почувствуют разницу, почувствуют пользу от всех этих изменений и это будет служить на благо государству.

 

- Спасибо за интервью!


Поделиться новостью:


adimage