Дмитрий Приходько: Высокий урожай в Казахстане до сих пор является показателем хорошей работы чиновников

Дата: 08:36, 12-10-2015.

Алматы. 12 октября. КазТАГ – Владимир Радионов. Повышение прозрачности зернового рынка Казахстана для правильного информирования о перспективах его развития и повышения инвестиционной привлекательности - такова была тема круглого стола зерновых аналитиков в Алматы. Его участниками стали как аналитики рынка, так и частные предприниматели, которые занимаются производством, переработкой, торговлей зерном.

Экономист инвестиционного центра Продовольственной и сельскохозяйственной организация ООН (ФАО) Дмитрий Приходько говорит, что главной задачей заседания стало обсуждение, как облегчить инвесторам доступ к данным о зерновом рынке Казахстана, чтобы у них было как можно меньше вопросов. И мнение производителей об имеющихся в этой области проблемах и возможных способах их преодоления было очень важно. По окончании заседания мы попросили эксперта прокомментировать его итоги, а также оценить собственно состояние зерновой отрасли Казахстана и степень ее инвестиционной привлекательности.

 

- Дмитрий Станиславович, чем вызван интерес ФАО именно к Казахстану?

 

- Ваша страна играет важнейшую роль в обеспечении продовольственной безопасности в глобальном масштабе. Казахстан экспортирует ежегодно 6-8 млн тонн пшеницы, что составляет 4-5% мировой торговли. Если же мы возьмем региональную перспективу, Казахстан играет критическую роль в обеспечении продовольствием стран Центральной Азии, особенно тех, кто не имеют выхода к морю и являются нетто-импортерами пшеницы – Таджикистан, Кыргызстан, Узбекистан, Туркменистан, Афганистан.

Эти страны напрямую зависят от импорта, в том числе и казахстанского. Также Казахстан сегодня приглашен к участию в работе международной системы маркетинга аграрных рынков – она создана странами «большой двадцатки» для повышения прозрачности глобального зернового рынка. Цель сегодня была – собрать аналитиков частного рынка, чтобы понять, какие показатели зернового рынка вызывают доверие, а какие не вызывают.

 

- И на каком уровне у нас эта самая прозрачность, по Вашему мнению?

 

- К вашей чести надо сказать, что Казахстан на национальном уровне создал систему сбора и обработки информации о запасах, хранении и переработке зерновых. Немногие страны подобную систему имеют. Но у участников рынка есть вопросы к тем данным, что получаются в результате работы этой системы.

 

- Недоверие обоснованное?

 

- Вообще задача оценивать степень доверия-недоверия данным не ставилась. Могу лишь привести некоторые примеры. По самого разного рода оценкам, искажения показателя урожайности пшеницы, - а это не наше заключение, мы собрали некое коллективное мнение - составляют от 1 млн до 2,5 млн тонн. ФАО, как организатор, не подписывается под достоверностью самой цифры, но так или иначе она весьма существенна. То есть приписки в отчетах госорганов никуда не исчезли, и участники рынка говорят об этом совершенно открыто. Хороший отчет чиновника до сих пор является залогом его успеха, оценки как руководителя.

Также существенно отличаются данные экспорта-импорта зерновых культур в рамках Таможенного союза (ТС). На данный момент таможенная отчетность при перемещении зерна в ТС не производится. И если официальная статистика может показать, что экспорт зерна из Казахстана в Россию, скажем, 40 тыс. тонн, то частные аналитики, которые работают на рынке, говорят, что автотранспортные предприятия, занимающиеся перевозкой, показывают 400 тыс. тонн. Такие расхождения влияют на качество зернового баланса, который сам по себе является основой для продовольственной безопасности как Казахстана, так и стран Центральной Азии, которые импортируют пшеницу и муку из Казахстана.

 

- То есть такие статистические расхождения имеют негативное влияние на рынок?

 

- Конечно. Завышение данных, в частности, может привести к тому, что у участников рынка будет более заниженное ожидание цены на данный продукт, чем она могла бы быть при условии корректного отражения данными отчетности реальной ситуации. Это же может привести к завышенным ожиданиям экспорта. Отсюда возникают угрозы внутренней продовольственной безопасности самого Казахстана.

Вообще же участники рынка за долгие годы работы, как сказал один из участников дискуссии, «привыкли к этой дельте». Но это местный рынок привык. А зарубежному инвестору, который только приходит в страну, приходится наличие «дельты» объяснять. Так что хоть и несущественно, но некорректная оценка показателей производства или других показателей зернового баланса может влиять и на инвестиционную привлекательность зернового рынка Казахстана. Поэтому лучше, конечно, чтобы ее не было и инвестор видел ситуацию, по возможности, не искривленную.

 

- А лекарство для лечения этой статотчетности было предложено?

 

- Что касается первой проблемы, прозвучало предложение убрать систему валового показателя работы акимов и других органов местного госуправления. Действительно, надо менять систему отчетности и стимулирования органов местной исполнительной власти таким образом, чтобы у чиновников не было заинтересованности влиять на показатели отчетности сельскохозяйственных производителей и других участников рынка.

Если говорить об учете в рамках Таможенного союза, то подобно Евросоюзу, со временем наверняка будут созданы наднациональные органы, которые будут анализировать и регулировать общий рынок зерна. От каждой страны это потребует большего усилия в качестве предоставляемых в наднациональный орган данных. Также участники совещания предложили идею запуска электронных складских свидетельств по зерну, создания их центрального депозитария, который в определенной мере может помочь проверить надежность данных по запасам зерна. И это - очень хорошая идея.

Что, по словам участников рынка, сегодня происходит? Системы проверки данных и полномочий по проверке запасов зерна, которое декларируется предприятиями, нет. Статком не может прийти на элеватор и все там перемерить. Например, часто бывает, что складская расписка на зерно выписана, то есть предприятие в статотчетности показывает этот объем, покупатель приезжает зерно забрать – а его нет. И это - огромная проблема, которая отпугивает потенциальных покупателей. В случае же создания единого реестра электронных документов на зерно появляется возможность перепроверить данные и составить общую картину по запасам.

Но при учете всех перечисленных недостатков мы не можем не видеть усилий, которые предпринимаются для улучшения качества данных. На уровне статкомитета Казахстан является одним из немногих государств, которое перепроверяет данные по урожайности, предоставляемые предприятиями, путем выборочного обследования и выхода представителей статкома в поля для проведения собственных оценок по ожидаемой урожайности.

 

- Вы обмолвились, что некорректные статданные могут в некоторой мере влиять на инвестиционную привлекательность зернового рынка. А какова она, если статданные, так сказать, вывести за скобки?

 

- Давайте начнем с того, что, например, в Индии до 2024 года население ежегодно будет расти на 14 млн человек, в Китае – примерно на 1 млн человек. Это новые потребители. Население растет, уровень доходов меняется, структура потребления продуктов питания также меняется, страна будет потреблять больше зерновых – как фуражных, так и продовольственных.

Таким образом, продовольственная проблема - как можно нарастить производство зерна в глобальном масштабе - стоит остро. И тут, честно говоря, не так-то много стран, которые быстро, эффективно и без ущерба для окружающей среды смогут нарастить производство зерна. Урожайность зерна в основных странах-производителях (США, Канада, Австралия, Европейский союз - КазТАГ) повышается, но рост замедлился, сельхозпроизводители выжимают максимум из имеющихся технологий производства, потенциал ограничен.

Однако потенциал существует в странах Латинской Америки, Африки (тех, что находятся южнее Сахары) и странах бывшего СССР. И инвестор, который смотрит далеко в будущее, принимает стратегические решения, связанные с развитием его бизнеса, понимает, что миру надо будет больше продовольствия. А поскольку им движет желание заработать, он начинает смотреть, где это возможно. Для такого инвестора Казахстан является страной именно с такими возможностями.

 

- Как, на Ваш взгляд, отразится на сельскохозяйственной отрасли недавнее вступление Казахстана в ВТО?

 

- Наверняка - положительно. Для сельхозпроизводителя это должно облегчить процедуру импорта и таможенной очистки семян, сельхозтехники, средств защиты растений и т. д., доступ к технологиям. Думаю, есть целый ряд товарных групп, где Казахстан зависит от импорта, и вступление в ВТО отчасти упростит решение этих проблем. К тому же после вступления в ВТО Казахстан как полноправный участник получает целый ряд инструментов, которые помогут ему защитить свои рынки сбыта и выйти на новые. На внешних рынках очень часто возникают торговые споры, и ВТО предоставляет право использовать механизмы их разрешения и отстаивать свой доступ на зарубежные рынки.

 

- Кстати, со вступлением в ВТО всегда остро встает вопрос о госсубсидиях в экономику. Если говорить о сельскохозяйственной отрасли Казахстана, то не так давно наши отечественные ученые-аграрии жаловались на их недостаточность по сравнению со странами-партнерами по ТС. А как Вы считаете, субсидирование – это благо или его нужно избегать?

 

- Вопрос сложный, его надо рассматривать в комплексе мер аграрной политики государства, поскольку субсидии - всего лишь один из ее инструментов. Недавно свое исследование на эту тему опубликовала Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР). И в нем Казахстан по уровню совокупного уровня поддержки сельскохозяйственных производителей находится на данный момент чуть ниже среднего уровня по странам, в которых ОЭСР проводит мониторинг. Так, например, в 2014 году приблизительно 6% доходов сельскохозяйственных производителей Казахстана формировались комплексом мер государственной поддержки и защиты, по сравнению с 8% в Российской Федерации и 17% в среднем по странам ОЭСР.

Однако, если в Казахстане идет направление на создание конкурентоспособного сельского хозяйства, средства, которые направлены на субсидирование материально-технических средств или цен, этому не способствуют. Производители других стран, которые не имеют таких средств поддержки, почему-то очень быстро оказываются более конкурентоспособными.

Есть меры господдержки, которые не направлены на искажение рынка, по методологии ВТО – это так называемые меры «зеленой корзинки». Так, к ним относится, скажем, поддержка научно-исследовательских учреждений, деятельность которых направлена на повышение продуктивности сельского хозяйства: на выведение новых сортов растений, на создание эффективных средств защиты в части санитарного и фитосанитарного обеспечения (ветеринария и карантин растений - КазТАГ).

Например, государственная поддержка, направленная на искоренение заболеваний животных, которые на данный момент не позволяют Казахстану экспортировать мясную продукцию. Потому что страны-импортеры смотрят на санитарное благополучие в соответствии со стандартами международного эпизоотического бюро. Это не может быть ограничено правилами ВТО, ведь эти вложения могут быть весьма эффективными в будущем.

 

- Спасибо за интервью!




Поделиться новостью:


adimage