Наталья Яловская: высокая доля проблемных кредитов тормозит развитие банковского сектора Казахстана

Дата: 09:10, 03-06-2014.

 

Алматы. 3 июня. КазТАГ - Сергей Зелепухин. Ситуация в казахстанском банковском секторе не вселяет оптимизма. Высокая доля проблемных кредитов, закрытость внешних рынков капитала, резкий обвал курса нацвалюты и ограничительные меры регулятора не позволяют банкам полностью оправиться от последствий кризиса и выйти на новый уровень развития.

Оценить ситуацию в банковской системе Казахстана и ее перспективы мы попросили заместителя директора группы «Финансовые институты» международного рейтингового агентства Standard & Poor's Наталью Яловскую.

 

- Как в S&P в целом оценивает ситуацию в банковском секторе Казахстана? Застой продолжается?

 

- К сожалению, да. Ситуация по-прежнему остается сложной, поскольку проблема некачественных кредитов не решена. Сейчас их уровень по всей банковской системе превышает 30%. Это очень много. Более того, с 2010 года в этой сфере мы не видим заметных улучшений. Это свидетельствует о серьезности проблем в банковском секторе.

Высокий уровень «плохих» займов негативно отражается на деятельности банков. Они имеют меньше возможностей развивать новый бизнес, так как не могут использовать часть своих средств на эти цели. Причем у БВУ в большом количестве некачественных активов есть трудности с фондированием, потому что потенциальные инвесторы обеспокоены высоким уровнем «плохих» кредитов. Конечно, все это оказывает негативное влияние на банки.

 

- Есть различные оценки уровня проблемных займов в казахстанской банковской системе. Например, по информации Нацбанка, он стабильно превышает 30%. Однако если учитывать реструктурированные займы, то потенциально «плохих» кредитов может быть гораздо больше. А что об этом думают в S&P? 

 

- В Казахстане в отличие от некоторых других стран проблема «плохих» кредитов продолжает только нарастать. По нашим оценкам реструктуризированные займы составляют 15-20%. Но надо иметь ввиду, что в будущем не все они окажутся в категории «плохих». Однако есть высокая вероятность того, что определенная их часть окажется проблемной. Я думаю, что это неизбежно.

 

- Насколько последняя девальвация тенге может еще больше ухудшить качество кредитного портфеля казахстанских банков?

 

- Февральскую девальвацию казахстанские банки встретили уже с лучшей структурой валютного портфеля по сравнению с докризисным периодом. Поэтому отрицательное влияние резкого обесценения тенге, а именно перехода валютного риска в кредитный, будет намного меньше, чем это было после девальвации 2009 года. Тем самым, негативные последствия будут вполне управляемыми. Но они все же будут. 

 

- А как вы оцениваете требование Нацбанка по снижению проблемных кредитов до 15% уже к 1 января 2015 года? Реально ли это?

 

- Мы уже отмечали ряд инициатив, направленных на повышение качества кредитного портфеля банков, в том числе образование при Нацбанке фонда проблемных кредитов, создание БВУ специализированных дочерних организаций и предоставление налоговых льгот при списании проблемных займов. Однако мы оцениваем влияние этих мер как достаточно ограниченное. Поэтому у нас вызывает сомнение вероятность того, что банки смогут выполнить требование регулятора и снизить долю «плохих» кредитов к концу этого года.

Кстати, неспособность регулирующего органа сократить их объем после кризиса заставил нас пересмотреть нашу оценку системы банковского регулирования и надзора в Казахстане с «умеренной» на «слабую».

 

- Нацбанк заявил, что намерен повысить требование к минимальному размеру капитала банков до 90 млрд тенге. Не кажется ли вам, что зачистка банковского поля от мелких игроков негативно скажется на конкуренции и фактически приведет к олигополии в банковском секторе?

 

- Это сложный вопрос. Мы понимаем, что у регулятора есть видение того, что для казахстанского рынка то количество банковских институтов, которое существует сейчас, слишком большое. И из заявлений представителей регуляторного органа следует, что он хочет видеть меньшее количество, но более крупных банков.

Однако кризис и особенно в банковском секторе Казахстана показал, что более крупный банк автоматически не означает, что он более стабильный, более надежный и более качественный по сравнению с мелким или средним банком. Хотелось, чтобы это было так, но на самом деле это не так. Ведь мы хорошо помним, что во время кризиса наибольшую слабость и нестабильность показали именно крупнейшие казахстанские банки с точки зрения аппетита к рискам и управления ими. 

Впрочем, решение об ужесточении требований к минимальному размеру капитала еще не принято. Поэтому этот вопрос остается в стадии дискуссии. 

 

- А какие в S&P видят варианты развития событий?

 

 - Вполне возможно, что банкам дадут больше времени для того, чтобы они смогли укрепить свою капитальную базу. Также мы не исключаем того, что окончательное требование к минимальному размеру капитала будет меньше. То есть окончательные выводы можно будет делать, когда будет принято финальное решение.

 

 - S&P критикует регулятора за отсутствие «проактивных мер реагирования». О чем идет речь?

 

- Банки жалуются, что регулятор ужесточает требования уже после того, как произошел кризис. Так, Нацбанк принял меры по ограничению роста потребительского кредитования, увеличил количество отчетов, тем самым затрудняя и ограничивая банковскую деятельность.

Нам же хотелось видеть более активное вмешательство регулятора тогда, когда проблемы еще не приняли полномасштабный характер. При этом мы хотели бы, чтобы Нацбанк концентрировал внимание, в первую очередь, на наиболее проблемных сегментах.

 

- В последние годы казахстанские дочки российских банков активно наращивают свое присутствие на рынке Казахстана. Ожидают ли в S&P дальнейшее усиление их позиций в предстоящие годы особенно с после запуска ЕЭС?

 

- Дочки российских банков, действительно, заметно усилили свои позиции на казахстанском рынке за последние несколько лет. Сейчас они занимают на нем значительную долю, чего не наблюдалось в докризисный период. Причем усиление их позиций происходило на фоне потери интереса западных инвесторов к банкам в Казахстане, особенно после начала кризиса.

Что касается вопроса возможного увеличения доли дочек российских банков на казахстанском рынке, то он пока остается дискуссионным. Дело в том, что они сейчас сталкиваются с трудностями на внутреннем рынке. Из-за них они могут пересмотреть свою стратегию роста. Возможно, что это в свою очередь приведет к изменению их политики в Казахстане.

Поэтому поскольку сейчас неопределенность остается большой, то пока сложно предположить, как сильно они пересмотрят свою стратегию. Однако очевидно, что сегодня российские банкиры думают, что делать дальше и каким образом менять свою политику роста.

 

- Как скоро это может произойти?

 

- Думаю, что может быть к концу этого года узнаем об изменениях в стратегии развития российских банков. Соответственно тогда можно будет делать и выводы об их дальнейших действиях как в России, так и в странах СНГ, в том числе и в Казахстане. 

 

- Как S&P оценивает перспективы банковской системы Казахстана в этом и следующем году?

 

- Принципиальных улучшений в банковском секторе в этом году мы не ожидаем. Стагнация продолжится. Но если будет прогресс в работе с проблемными кредитами, то может быть в следующем году ситуация станет улучшаться. Однако пока это только наши предположения.

 

- Спасибо за беседу!

 


Поделиться новостью:


adimage