ПРАВДА «ШАНЫРАКА» глазами свидетелей ...

Дата: 14:31, 12-12-2011.

Алматы. 12 декабря. КазТАГ – Жулдыз Абдилда. В истории современного Казахстана в преддверии 20-летия независимости страны есть еще белые страницы. Одна из них – шаныракские события...

14 июля 2006 года в Алматы в микрорайоне «Шанырак» произошел конфликт между жителями микрорайона и полицией. Во время этих событии погиб сотрудник полиции, следователь Асет Бейсенов, которого облили бензином и подожгли. В течение месяца после этих событий около ста человек были арестованы, 24 были осуждены на различные сроки заключения. Четверо из них - Арон Атабек, Ерганат Тараншиев, Курмангазы Отегенов и Рустем Туяков - до сих пор находятся в местах лишения свободы.

Мы решили побеседовать с участниками тех событий. Маргулан Суиндиков и Аят Темирбаев в свое время были привлечены к ответственности за участие в «Шаныракских» событиях. 

 

– Что изменилась за прошедшиепять лет? Есть ли положительные изменения для жителей «Шанырака»?

 

Аят:

– Те, у кого есть возможности, стараются выехать куда могут. Те, кто остался, своими силами провели водопровод, свет. Обидно, что там нет тех удобств, что есть в других районах города.

 

Маргулан:

– Весной и осенью кругом болото. Летом пылище. Стараемся собственными силами ремонтировать дороги, камнями, песком засыпаем. Даже неудобно каждый год собирать деньги на эти нужды. Но самое главное, мы получили документы на руки, наши земли и постройки узаконили. А у тех четверых наших друзей, что сидят в тюрьмах, положение тяжелое, и не похоже, что их освободят в скором будущем...

 

Согласно официальным материалам суда по «шаныракским» событиям, это были «заранее подготовленные группой лиц по предварительному сговору организованные массовые беспорядки». И в приговоре, и в других документах так написано. Какова ваша роль в этих событиях?

 

Аят:

– За неделю до «Шаныракских» событий были страшные события в «Бакае». Там пинали беременную женщину, сносили дома со спящими внутри детьми. Поэтому мы заранее готовились. Мы не готовились кого-то убивать и об этом даже вовсе не думали. Мы выставили впереди стариков, детей, думали, их не тронут. Но полиция и спецназ вели себя так, как будто пришли уничтожать фашистов.

 

Маргулан:

– Самое обидное – смерть сотрудника полиции Асета Бейсенова. Никто даже не заметил, кто его поджег. Он был канцелярский работник, и не должен был быть брошен в пекло бойни. Это первое. Во-вторых, сотрудники полиции, зная, что их сотрудник находится в плену, должны были попытаться его освободить, вести переговоры или подождать.

 

– После тех событий сотрудники правоохранительных органов задержали более ста человек. В отношении 25 человек были возбуждены уголовные дела, одного оправдали, 24 человека привлекли к уголовной ответственности. Как по-вашему мнению, есть среди них привлеченные к уголовной ответственности случайно? 

 

Маргулан:

– Роман Жаппасов и Куаныш Отарбаев. Они пришли со стороны и случайно оказались в ловушке. Они пришли в самом конце просто посмотреть, сняли происходящее на видеокамеры и показали таксисту. А таксист оказался сотрудником полиции.

 

– Имевшие непосредственное отношение к событиям в «Шаныраке» сотрудники ДВД, котрые руководили операцией по сносу незаконных построений и выселению людей Нурлан Самалихов и Болат Кадыргожаев потом сами оказались в наручниках и были привлечены к суду. Когда вы встречались с Самалиховым, что он говорил?

 

Маргулан:

– Самалихов сам был привлечен по делу о похищении топ-менеджеров «Нурбанка» и его привезли на судебное заседание из следственного изолятора Комитета национальной безопасности в наручниках. Перед заседанием суда мы встретились в подвале городского суда. Самалихов сразу сказал, что он не собирается давать показания против кого бы то ни было, и просил не держать на него обиды.

 

14 июля, во время событий вы же видели Самалихова и Кадыргожаева. Чем они вам тогда запомнились?

 

Аят:

– Самалихов руководил операцией. Там еще были начальник управления общественной безопасностью ГУВД М.Жексембеков и и. о. начальника ГУВД Алматы В.Бугаев. С нас требовали дать показания против Арона, Тараншиева, Утегенова, Туякова, но побоями нас не взяли.

 

Маргулан:

– То, каким пыткам подверглись ребята во время допросов, невозможно передать одним словом. Делали все, что им вздумается. В это время вся власть была в руках у представителя министерства внутренних дел – Тельмана Елубаева. Он все контролировал.

 

Аят:

- У меня и раньше голова болела. Они наполняли водой полутора литровую пластиковую бутылку и били ей по голове. Следов от побоев не остается, но сотрясение мозга получаешь. С тех пор здоровье ухудшилось. До сих пор мучаюсь от последствий тех побоев.

 

Маргулан:

- Я 45 дней отсидел. Чего только не повидал. Сломали ключицу. После этой истории не только мы, но и наши родители болеть стали. Отец тогда в больнице лежал. По телевизору и днем, и ночью показывали мою фотографию и называли «особо опасным преступником». С тех пор отец болеет сахарным диабетом.

Когда я скрывался, поймали моего брата Роллана и пригрозили осудить его за героин. Я когда узнал об этом, сам пришел в полицию. За два дня меня избили до неузнаваемости и маму пригласили. Вывели вниз. А на мне лица нет. Вывели и говорят: «Вот ваш сын. Он признал, что убил человека». Маму забрали из ДВД на машине скорой помощи. Сейчас у мамы сердце больное.

 

- Что вы скажете о судьях, об обвинителях с точки зрения человечности?

 

Маргулан:

- Лично я думаю, что если бы ему дали волю, Беимбетов (Адайбек Беимбетов, председательствующий по делу судья) не вынес бы такого строгого приговора. Не было никаких доказательств того, что мы совершили преступление. Нас судили по показаниям Айбатыра и Бауыржана Ибрагимовых. Позже они отказались от своих показаний, но это уже ни к чему не привело.

 

Аят:

-  Меня обвиняли по восьми статьям. Среди них есть «терроризм».

 

Маргулан:

- Меня тоже сделали «террористом». На всю жизнь след оставили. Устроился на работу, работал себе, все хорошо было. Вдруг однажды начальник вызвал. В руках распечатка. Я сразу все понял. Оказывается, один из его заместителей во внутренних органах работал. Он меня узнал, и все данные обо мне принес. Он сказал: «У тебя террорист работает. Он поджег сотрудника полиции заживо, совершил террористический акт», и так напугал того. Никаких обид, распрощались.

 

- Общаетесь с ребятами из тюрьмы?

 

Маргулан:

- Конечно. Иногда созваниваемся, по возможности помогаем друг другу. Сегодня не то, что кому-то помочь, самому прожить сложно. Но, все же, стараемся помочь друг другу, когда нужно.

 


Поделиться новостью:


adimage